Двойственность истории страны

Предисловие к книге Н. Эппле "Неудобное прошлое". М: 2021. - с. 11-14.

ЦИТАТА

Одним из импульсов к написанию этой книги стало необходимость разрешить недоумение глубоко личного характера. Два десятка лет тому назад на поминках по моему отцу за одним столом в первый и последний раз встретились две ветви моей семьи: дедушка по матери, ветеран Финской и Великой отечественной войн, сталинист, а в последние годы жизни - ещё и православный верующий, и троюродная бабушка по отцу, учёный химик, муж которой, известный физик-ядерщик, в годы Большого террора чудом избежал лагеря. В какой-то момент речь зашла о репрессиях и вдруг оказалось, что эти два человека прожили свои жизни в странах с разным прошлым. Для одного репрессии были мифом и "поклёпом", а для другой - ежедневной реальностью. Абстрактно немыслимая вещь оказалась осязаемым фактом: объективной реальности прошлого не существует. Её формирует память, а память необъективна и легко позволяет себя обмануть. Память, разделённая даже на уровне одной семьи, - результат молчания о прошлом, отсутствие возможности желания искать общий язык для разговора о нём.

Такая неопределенность прошлого, в свою очередь, формирует настоящее. Замороженная и "непредсказуемая" история страны с двоящейся памятью оборачивается двоящейся реальностью в настоящем. 

Это чревато в лучшем случае невозможно двигаться вперёд, а в худшем - открытым конфликтом.

(...)

Далеко не все архивы открыты для исследователей и даже для родственников жертв. Сохранение памяти у них занимаются главным образом негосударственные организации и гражданские активисты, причём некоторые из них открыто преследуется государством. А окологосударственные организации... вместо поиска братских могил жертв советского террора и сохранения памяти о них ставят на местах массовых захоронений стенды с информацией, что расстрелянные и сами не безгрешны...

(...)

Проблема в том, что невозможно признать свою ответственность за уничтожение миллионов людей "отчасти" или "наполовину". Строго говоря, такое признание означает нечто прямо противоположное. Но именно в этой невозможной, парадоксально-абсурдной ситуации пребывает подавляющее большинство тех, кто населяет просторы России. Это двойственность сродни той, что царила за семейным столом на поминках по моему отцу. В каком-то смысле она родная для меня и для миллионов тех, чей опыт сходен с моим.

(...)

Успехи в преодолении трудного прошлого с одним успехом лечения онкологического заболевания. Болезнь остаётся неизлечимой, но каждая маленькая Победа в борьбе за жизнь - это преодоление невозможного, и в этом смысле безусловный успех.